Публикации

"Шок и трепет" нового армейского облика

Май 29/ 2009

"Спонтанность и непродуманность" военных реформ не может вызывать сомнений

Реформу Вооруженных сил РФ гонят вперед семимильными шагами. Ничего подобного не наблюдалось с хрущевских времен. Исчезают целые пласты нынешней «изжившей себя» армейской структуры. Уходят в Лету академии и училища с десятилетними традициями и научными школами. Дивизии преобразуются в бригады.

К концу года прикажет долго жить институт прапорщиков. Толпами выставляются за ворота КПП офицеры (главным образом среднего звена, с 10–15-летней выслугой), а их должности замещает «не такой обременительный» в финансовом отношении гражданский персонал… И чем «разгоннее» этот разбег, тем жестче критика со стороны уже не только экспертного сообщества, но и ряда властных и общественных структур.

«НОВЫЙ ОБЛИК» СКОРО СПЕЕТ

Так, председатель комитета по обороне и безопасности Совета Федерации Виктор Озеров заявил следующее: «Если бы в России в настоящее время действовал федеральный закон о Вооруженных силах, который разрабатывается Министерством обороны уже давно, тогда многие преобразования, связанные с новым обликом армии и флота, не осуществлялись бы так спонтанно и зачастую непродуманно».

Сенатор пояснил, что «обсуждение реформирования армии и флота в случае действия данного закона проходило бы через верхнюю и нижнюю палаты парламента, охладило бы пыл военных реформаторов и заставило бы их более тщательно и продуманно организовывать и проводить широкомасштабные мероприятия, связанные с обороной и безопасностью».

Нынешняя же оптимизация армии и флота, по словам Озерова, «сродни войскам на марше – в бой ввязались, а там видно будет, что получится».

«Спонтанность и непродуманность» военных реформ не может вызывать сомнений. Особенно характерен здесь пример с упразднением института прапорщиков и мичманов. В Минобороны сначала лихо заявили, что 140 тыс. военнослужащих этой категории планируется сократить до 1 декабря 2009 года. Потом одумались, и начальник Генштаба Николай Макаров подкорректировал сроки: теперь «упразднение этого института в армии и на флоте будет осуществляться постепенно, в течение нескольких лет. А роль прапорщиков будет выполнять подготовленный в течение двух лет сержантский состав». Тут же выясняется, что два года – маловато будет, надо натаскивать сержантов (а их потребуется аж 250 тысяч) хотя бы два года и восемь месяцев. «НВО» уже задавалось вопросом: зачем так «бульдозерно» увольнять всех «Задовых и Шматко» (из которых далеко не все «расселись по складам»), если перспективы подготовки сержантов-профи более чем сомнительны?

Напомним, Минобороны хотело начать их обучение в шести военных вузах с 1 февраля 2009-го, не имея никаких конкретных программ этой подготовки; к тому же – не смогли отобрать достаточное количество кандидатов. Как призналось само МО, – из-за низкого образовательного уровня и слабого здоровья претендентов. Будто до этого не было первой Федеральной программы по переводу войск на контрактный способ комплектования (2004–2007 годы), которая показала, что низкий образовательный уровень и слабое здоровье кандидатов в контрактники – это бич в армейских преобразованиях, преодолеть который в нынешних условиях (сопряженных еще и с экономическим кризисом) не представляется возможным. И до 2012 года, когда «новый облик» армии должен состояться, вряд ли что-то кардинально изменится. Ныне срок начала обучения сержантов-контрактников сместили на 1 сентября. Это, конечно, уже трезвее, чем «начать обучение немедля», но нисколько не реалистичнее.

Дело в том, что все сержанты будут контрактниками, а перевод армии на способ комплектования по контракту по всем округам и флотам фактически сорван (не случайно была принята вторая федеральная программа на этот счет). Вот что, например, сообщает источник «НВО» с Балтийского флота: «Мичманов на кораблях пока вроде бы решено не трогать, так как программа перевода на контракт плавсостава провалена полностью. Задача всех старшин команд и командиров отделений перевести на кораблях в эту категорию ставилась еще к 1 декабря 2005 года. А к 1 декабря 2006 года число контрактников в плавсоставе должно было составлять среди рядового состава 80%. Ни одна из них не выполнена и наполовину»...

И примеры подобной «спонтанности и непродуманности» – на каждом шагу.

НА СКОЛЬКО Ж СОКРАТИТСЯ АРМИЯ?

По большому счету, даже открытая информация «об оптимизации Вооруженных сил» уже при поверхностном рассмотрении лежит вне рамок логики и элементарного здравомыслия. Ладно, решили довести армию в течение трех лет до миллионной численности (хотя и это теоретически, с учетом огромной территории России, никак не обосновано). Но в Минобороны, как видно, толком еще и не подсчитали, сколько и кого сокращают. В самом деле, простой арифметический подсчет показывает, что если в этом году «зачистить» 140 тыс. прапорщиков и мичманов, то нынешние 1,13 млн. защитников родины сократятся до 990 тыс. человек. То есть программа «оптимизации войск» будет выполнена уже не к 2012 году, как планируется, а уже к 2010-му.

Но это еще не вся калькуляция. Ранее министр обороны Анатолий Сердюков сообщал, что в это же время из армии уйдут 7,5 тыс. офицеров, призванных из гражданских вузов на два года (впредь от «двухгодичников» МО отказывается). Кроме того, по его же словам, уже до конца 2008-го завершат службу 26,7 тыс. офицеров, которые достигли предельного возраста пребывания на ней. Да в течение 2009-го будет уволено 9,1 тыс. офицеров, которые также станут «предельщиками». «Таким образом, – резюмировал Сердюков 14 октября прошлого года, – остаются около 117,5 тыс. офицеров, которые должны быть уволены в течение трех лет».

С учетом всего этого, уже к 1 января 2010 года численность Вооруженных сил составит 946 тыс. 700 человек.

Если же эту цифру «оптимизировать» еще на 117,5 тыс., то получим, что в рубежном по планам реформирования войск 2012 году «новый облик армии» будут являть собой 829 тыс. 200 военнослужащих.

То ли в Генеральном штабе чего-то «недо-пересчитали», то ли уж больно смело округлили 829 200 до 1 миллиона, то ли прапорщиков и мичманов уже «заочно» исключили из нынешней 1,13-миллионной численности личного состава ВС. Во всяком случае, высокопоставленный источник «НВО» в Генштабе никак не смог прокомментировать вышеприведенные расчеты, подвластные и второкласснику. Но в любом случае они требуют пояснений от Минобороны – до какой же численности «ужмется» армия к 2012-му?

БРИГАДЫ ЕСТЬ, ДОКТРИНА СПЕЕТ?

После августа 2008 года Минобороны принялось ускоренно переформировывать дивизии в бригады (недавно главнокомандующий Сухопутными войсками генерал армии Владимир Болдырев сообщил, что в СВ их насчитывается уже 20). Правда, при этом телегу поставили впереди лошади: сначала бригады создали, а потом в Сибири экспериментальное учение провели. А надо ж наоборот: сначала изучить всесторонне проблему, а потом «до основанья» ломать старое.

Именно так, например, поступили в Белоруссии (там армию реформировали в течение пяти лет): экспериментальное учение – выводы из него – принятие выверенного решения по реформированию – практическое осуществление последнего – перепроверка на очередных маневрах – детализация «нового облика». И ведь замечательно у соседей получилось – не раз убеждался, бывая в частях и подразделениях белорусских ВС.

Виктор Озеров назвал создание на основе дивизий бригад одним из трех рисков, связанных с военной организацией государства (второй риск, по его словам, «связан с социальной защитой военнослужащих», третий – «с функционированием ОПК и выполнением гособоронзаказа»). «Мы так и не знаем до конца, повысится ли боеготовность войск после 2012 года, когда они из дивизионных превратятся в бригадные», – сказал парламентарий.

Скороспелость «бригадного» решения также на виду. По информации из Минобороны, основная часть дивизий будет переформирована в бригады уже к 1 июля текущего года, а к 1 декабря 2009 года 100% соединений будут переведены с дивизионной на бригадную структуру. Коротко и ясно. Ни тебе предметных исследований, ни сопоставления мнений специалистов, ни взвешивания всех «за» и «против». Одно опытное учение «для галочки» – и достаточно.

Вице-президент Коллегии военных экспертов (КВЭ) генерал-майор Александр Владимиров отметил в интервью «НВО»: «Замена дивизий на бригады, переход от четырехзвенной системы управления (полк – дивизия – армия – округ) на трехзвенную (бригада – группировка войск – округ) не улучшит управляемость войск, но существенно снизит их боевую способность. В армии США, которую наши реформаторы пытаются копировать, дивизии – основные оперативно-тактические соединения. Каждая состоит из нескольких (до полутора десятков) самостоятельных боевых единиц – мотопехотных и танковых батальонов, артиллерийских и противовоздушных дивизионов, разведывательных, инженерных и других батальонов и частей войскового тыла. Из этого состава дивизий и комплектуются бригады – на каждый конкретный бой в каждой конкретной войне. В каждой дивизии США существуют три штаба бригад, готовых к управлению войсками в бою. Когда бригада формируется на время боя из готовых элементов, она не имеет своего войскового хозяйства и становится крайне мобильной боевой организацией, поскольку все, что ей нужно для боя – горючее, боеприпасы, еда, – дается со складов дивизии и группировки. Наша же бригада будет представлять уродливо разросшийся полк, в котором будет много батальонов. Такая бригада не будет ни мобильнее, ни боеспособнее полка штатной численности».

Пагубность перехода на бригады Владимиров видит и в том, что должность командира бригады будет не генеральской: «Это повлечет за собой уничтожение мотивации офицеров к служебному росту». Более того, задается вопросом эксперт, каким же образом будут выращиваться генералы для третьего звена новой иерархии, если уничтожаются звенья, готовящие командный состав оперативного уровня? А если не будет армий, не будет и органа, способного выращивать высший командный состав стратегического уровня. И получается, что высший командный состав Вооруженных сил как бы случайно появляется в конце непонятно какой службы и за непонятно какие заслуги, не пройдя все основные командные звенья.

«Кстати, именно так образовался слой современных российских военачальников, в глаза не видевших живого солдата, ничем и никем не командовавших. Профессиональная деградация армии началась, когда стали выдвигать не ответственных командиров-единоначальников, а безответственных порученцев. Наверное, именно такие военачальники и предложили нынешнюю реформу», – делает вывод президент КВЭ.

Генерал Владимиров не ждет ничего хорошего и от новой редакции военной доктрины, являющейся, по его словам, «основой любых структурных и штатных изменений»: «Дело в том, что доктрину эту сегодня в Минобороны некому написать, ибо нет стратегических умов. И Генштаб давно уже не «мозг армии». Академия военных наук эту проблему не обсуждает. Совет безопасности вообще молчит…»

В этом смысле с Владимировым солидарен руководитель Института политического и военного анализа Александр Шаравин: «Радикальные преобразования в армии нужно было начинать, лишь четко обозначив потенциальные угрозы для безопасности России – такова логика проведения столь масштабных реформ во все времена и во всех странах. Допускаю, что нет времени ждать концепции национальной безопасности и доктрины, но хотя бы минимальный перечень угроз, с которыми Россия может столкнуться в обозримой перспективе, мы сначала должны были обозначить».

ДЕНЕЖНЫЙ ЦИНИЗМ

Недавно, как уже сообщалось, статс-секретарь – замминистра обороны генерал армии Николай Панков и еще три многозвездных генерала, добровольно сняв с себя погоны, перешли в разряд госслужащих с сохранением за собой прежних должностей. По этому поводу в Минобороны заявили, что тем самым «представители высшего командования решили показать пример подчиненным», поскольку «в рамках формирования нового облика ВС десятки тысяч офицерских должностей, в том числе военных медиков, финансистов, юристов, будут укомплектованы гражданским персоналом».

Между тем генералы, «добровольно» снимая с себя погоны, но оставаясь в тех же служебных креслах, порой значительно прибавляют в и без того не скромных окладах (уж точно ни копейки не теряют плюс солидная пенсия), в то время как войсковые офицеры, с которых сощелкивают звездочки и предлагают остаться на тех же должностях в качестве гражданских, в лучшем случае в доходах значительно теряют, в худшем – вообще остаются без работы.

В конкретных цифрах эта разница выглядит примерно так. 10 апреля на правительственном интернет-портале появились данные о доходах министра обороны Сердюкова за 2008 год – 3,5 млн. рублей. Если учесть, что Сердюков по ночам не охраняет автостоянки или офисы, как это продолжают делать немало офицеров «во внеслужебное время», то получается, что в месяц он зарабатывал более 290 тыс. руб. (его предшественник Сергей Иванов, в 2004-м, когда чиновникам МО и офицерам главкоматов резко подняли зарплату, получал «всего» 100 тыс. руб.). Исходя из этой «высшей» цифры, можно, с учетом тарифной сетки, рассчитать, сколько в месяц на руки «имеет» Панков и иже с ним другие замы – никак не меньше 150, а то и все 200 тыс. руб. Став теперь людьми штатскими, они стали получать скорее больше, чем меньше.

На этом фоне Минобороны 9 апреля объявило о наборе гражданских специалистов в центральных информационных структурах Минобороны, которые до проведения армейской реформы замещали офицеры. Соблазняют «минимальной заработной платой на этих должностях – 10 тыс. руб. и выше». Опять от лукавого. «Выше» – это, по сведениям «НВО», не более 12–15 тыс. руб. Подобные же «ценники» на освобождаемые офицерские должности и в частях тыла, и в госпиталях, и в военкоматах… Если это – не цинизм, то что это? Никто не говорит, что месячный доход «какого-нибудь» госпитального врача должен быть почти как у зама министра, но «червонец» (при квартплате, скажем, за двухкомнатную квартиру в Москве 2,5–3 тыс. руб.) – надругательство над здравым смыслом. Кстати, в войсковых «низах» зарплаты служащих в среднем составляют 4–6 тыс. рублей, лишь у редчайших везунчиков – 8–10 тыс. руб.

Председатель правительства РФ Владимир Путин, выступая 6 апреля в Госдуме, с гордостью сообщил, что с переходом к 2012 году на новую систему денежного довольствия военнослужащих «взводный будет получать где-то около 50 тысяч рублей в месяц». Опять «нестыковочка».

Еще 18 октября 2008 года начальник Генштаба Макаров, отвечая на вопрос о предполагаемых размерах окладов военных в телепрограмме «Вести», сказал, что «у лейтенантов, мы рассчитываем, должна быть планка с 2012 года не менее 70 тысяч рублей» и не раз это потом повторил. В декабре председатель комитета Госдумы по обороне Виктор Заварзин, вторя ему, сказал, что «к 2012 году в среднем денежное довольствие младших офицеров составит 69,4 тысяч рублей, а денежное довольствие старших офицеров – от полковника и выше – 120–150 тысяч рублей». В начале марта подтверждала эти цифры и тогдашний главный военный финансист Любовь Куделина. Получается, правительство за месяц «одумалось» и урезало эту виртуальную лейтенантскую зарплату сразу аж на 20 тысяч...

Что касается дополнительных «бешеных» (как их называют в войсках) выплат «лучшим офицерам», то, по мнению даже некоторых высших должностных лиц из военного ведомства, с которыми в последнее время доводилось общаться автору этих строк, говорить здесь надо об аморальности данной акции вообще. Ибо выглядит она, по словам одного из генералов, «как взятка офицерам от государства – покупка их лояльности к проведению невразумительных военных реформ».

«Для меня очевидно, что власть сделала выводы из памятной операции четырехлетней давности по монетизации льгот у военных, когда обобранные офицеры готовы были выйти на митинги и, если бы правительство срочно не кинуло им подачки в виде неких премиальных, так бы, возможно, и случилось. Во всяком случае, «разум возмущенный» в офицерской среде кипел, и отдельные выступления имели место, – высказал свои наблюдения на этот счет мой собеседник. – Не случайно нынешние индивидуальные суммы выплат переходят все разумные границы, и чем выше должность, тем больше кратность премиальных по отношению к ежемесячному служебному денежному довольствию. Если у «лучшего» Ваньки-взводного премия в 2,2 раза больше его основной зарплаты, то у «передового» ротного это увеличение составляет уже в 2,5 раза, у комбата – в 3 раза, у полкового командира и комбрига – в 3,3 раза, у командира дивизии – в 3,2 раза. Чувствуете «государственный подход»? «Лучший» взводный – и пусть он действительно лучший! – который прослужил в офицерской должности год-два-три, с премиальными получает столько же, сколько «не выбившийся в передовики» комдив-генерал, отдавший войскам лет 25–30. Если это не аморально, то я извиняюсь! К январю 2010-го уже привыкшие к «бешеным» деньгам нынешние передовики вполне могут в таковых не оказаться, и их вернут к «разбитому корыту» прежних зарплат. Это – не аморально?»

«Неспроста и то, что 100 миллиардов объявленных выплат рассчитаны именно на три года, пока армия будет переходить к «новому облику». А на фоне инициированной президентом борьбы с коррупцией подобная практика вообще выглядит омерзительно», – добавил также генерал.

Примечательно в ключе этих рассуждений и то, что – напомним еще раз – в 2009 году на премиальные выделено 25 млрд. руб., в 2010-м – 33 млрд., в 2011-м – 42 (в 1,7 раза больше, чем в 2009-м!). Это что же, в Минобороны «запрограммировали», что с ходом «ужимания» офицерских кадров армии с нынешних 355 тыс. человек до 150 тыс. передовиков боевой учебы станет примерно в два раза больше?

Впрочем, в самом Минобороны делают вид, что в этом убеждены. В войсках раздоры на почве премий, а главком Сухопутных войск генерал армии Владимир Болдырев, едва начались первые выплаты, уже вещает (10 февраля 2009 года): «В российских Сухопутных войсках денежные поощрения получили свыше 6,5 тысяч лучших офицеров, которые являются профессиональной основой Сухопутных войск. Дополнительное денежное вознаграждение стало не только значительной материальной помощью семьям офицеров, но и дало толчок к росту профессионального мастерства тех, кто по различным причинам не стал лучшим...»

«ДАДИМ ЖИЛЬЕ! ТРУДОУСТРОИМ!»

Высокопоставленные чиновники военного ведомства (реформаторы, они же и реформирующие) с момента старта реформ не устают вещать о том, что, во-первых, «ни один офицер, которому положена квартира, не будет уволен без решения жилищной проблемы» и что, во-вторых, в Минобороны дни и ночи пекутся о трудоустройстве уволенных, которых с распростертыми объятиями «ждут в регионах».

Вот генерал армии Николай Макаров сообщает, что прежде всего будут сокращены те офицеры, которые выслужили положенные сроки службы, – это, по его словам, «около 45–48 тысяч человек» (странно вообще-то, что начальник Генштаба не называет более точную цифру, тысячами офицеров разбрасывается). И подчеркивает, что «ни один молодой офицер не будет уволен с военной службы». А вслед за ним Николай Панков информирует, что «Минобороны в течение трех-четырех лет планирует решить судьбу 57 тысяч подлежащих сокращению офицеров, которые не имеют права на жилье и на пенсию». Это офицеры, выслужившие менее 20 лет, то есть люди в возрасте от 25–30 до 40 лет. По словам статс-секретаря, речь идет о возможности предоставления им назначений в армейских рядах, «увольнять их не планируется». То есть 57 тыс. человек сначала определят на должности в новой оргштатной армейской структуре, чтобы всего через три-четыре года уволить?

Обеспечить жильем Минобороны «обязано» 112,9 тыс. увольняемых в запас бесквартирных офицеров. Решить эту проблему планируется в первой половине 2010 года. Но уже сейчас Николай Панков говорит о том, что «если не удастся уложиться в намеченные сроки, то выполнение этих планов немного сдвинется на более поздний срок». «Немного» на сколько – он не уточняет. То ли на месяц-два, то ли на пятилетку, то ли до «рубежного» 2020-го, когда, по замыслам, должна быть создана уже так называемая инновационная армия. То есть «обязательность» Минобороны по квартирам уже аморфная. За несколько лет действия военной ипотеки и исполненной в 2005–2007 годах программы «15+15» (кстати, об итогах ее реализации не было сказано ни слова) «жилищная проблема как была острой, так и не «потупела» (слова источника «НВО» с Балтфлота, где эта проблема не «потупела» в частности).

Замначальника Генштаба генерал-полковник Анатолий Ноговицын, выступая в конце марта на радиостанции «Эхо Москвы», честно признал, что «пока нет ни служебного, ни личного жилья для офицеров и контрактников». Так что откуда через год с хвостиком возьмутся более чем 112,9 тыс. квартир, абсолютно непонятно. Тем более что на минобороновские закупки как нельзя хуже реагирует рынок жилья. По информации представителя Управления госзаказа Минобороны РФ Сергея Шинкаренко, всего в 2009 году военное ведомство намерено закупить на аукционе 44 тыс. квартир, «но из-за того, что квартиры покупаются Минобороны по стоимости муниципального жилья, то есть по ценам ниже рыночных, не все застройщики, имеющие право и возможность участвовать в аукционе, подают заявки».

В январе премьер-министр Путин сам был недоволен медленными темпами закупки жилья для военнослужащих и давал по этому поводу «разгоняй» главе Минрегиона Виктору Басаргину: как же так, мол, деньги были выделены на 15 тыс. квартир, а вы закупили только 3 тыс.? Тот оправдывался, что, дескать, «строительные компании не опускают цены»...

Что думают о реформах в частях и соединениях, сам Панков мог убедиться во время поездки на Черноморский флот в декабре 2008 года (тогда по приказу Сердюкова многие военачальники двинули «в массы», дабы разъяснить ошарашенным и впавшим в уныние войскам, какое «великое благо» несет для них переход к скорому «новому облику»). Он «обрадовал» моряков тем, что до «нового облика» не дослужатся более 4 тыс. офицеров и мичманов и не доработают более 8 тыс. служащих. Впрочем, статс-секретаря благоразумно предостерегли от встречи «со всеми» черноморцами, которые были шокированы такой оптимизацией (шутка ли: ныне в Севастополе и так служит уже 11,5 тыс. человек, хотя штатная сетка рассчитана на 25 тыс.). Но «урезать» флот чуть ли не вдвое – это еще полбеды.

Беда в том, что увольняемым путь в Россию заказан: никто там не собирается возводить для них жилье – «своих» сокращаемых хватает. Когда, по свидетельству очевидцев, Панков сообщил об этом командирам частей и подразделений в помещении штаба, негодованию офицеров не было предела. И командующий флотом адмирал Александр Клецков не смог успокоить людей. Офицеры, по сути, захлопали и затопали посланца из Москвы.

Аналогичная ситуация и на Балтике. С начала года туда один за другим ездили заместитель министра обороны – начальник Тыла ВС генерал-полковник Дмитрий Булгаков и главком ВМФ адмирал Владимир Высоцкий. Настроения у моряков Балтфлота «те еще». Один из представителей штаба сообщил Интерфаксу, что «люди обижены, подавлены и напуганы, у них опустились руки и почти пропало желание работать». «Особенно это касается тех военнослужащих, кто хотел служить, но попал под сокращение, но при этом не имеет жилья, – подчеркнул офицер. – Им слабо верится, что государство сумеет обеспечить их квартирами в ближайшее время. Нервирует людей и то, что сокращение приходится на кризис, который уже заметно уменьшил рынок трудоустройства на гражданке».

И подобное – повсеместно и в войсках «на суше»…

Олег Еленский, НВО